На главную

  Все пластиковые детали, предназначенные для крепления моторов, могут быть напечатаны на 3D-принтере из ABS-пластика (соответствующие STL-файлы можно загрузить с сайта Ван Лунена). Для предметов совсем необычной формы этот универсальный крепеж, возможно, не подойдет, но настоящему умельцу ничто не помешает изготовить крепеж собственной конструкции.
Кроме пластиковых деталей, винтов, гаек и шайб, в комплект дрона входят четыре мотора с пропеллерами (два с правым и два с левым вращением), батареи и электронные модули. Подробная спецификация комплектующих с перечнем конкретных изделий, которые автор использовал лично, выложена на сайте Ван Лунена в виде текстового файла. Отдельные позиции из этого перечня можно заменить на какие-то другие, не забывая о том, что замены могут повлиять на эксплуатационные характеристики комплекта, включая основную – грузоподъемность. Комплект, собранный самим Ван Луненом, способен поднять в воздух велосипедное колесо.

"Прежде всего, нам нужны многоцелевые машины, - приводит издание "Вечерние Новости" слова источника в сербском генштабе. - Вертолеты могли бы привлекаться для спасательных операций в случае наводнений, пожаров и других чрезвычайных ситуаций. Кроме того, они могли бы выполнять поисковые задачи. Минимальные потребности на первоначальном этапе удовлетворили бы четыре новых или подержанных вертолета".
Сейчас для выполнения этих задач вооруженные силы Сербии используют более десяти российских вертолетов Ми-8 и Ми-17, большая часть из них которых находится на военном аэродроме "Батайница" рядом с Белградом. Машины используются для транспортных и медицинских нужд.

На сегодняшний день более всего запросам сербских военно-воздушных сил отвечают современные Ми-171, уверены в генштабе. Основная причина - соотношения цены и качества, а также отсутствие необходимости серьезной переподготовки уже имеющихся в Сербии пилотов. Российские вертолеты можно использовать и для выполнения боевых задач, и для обучения летного состава, для парашютной подготовки, а также при перевозке грузов и в гражданских целях.
Ми 8/17 является средним многоцелевым вертолетом, который применяется для пассажирских и грузовых перевозок. Этот вертолет выполняет широкий комплекс задач в любых регионах планеты. Вертолеты типа Ми-8/17 известны в мире - сегодня их уже выпущено более 12 тысяч единиц.

Во вторник вечером авиационная группа приземлилась в Диксоне, перелёт длиной 2 тысячи километров занял 35 часов с учетом остановок в Подкаменной Тунгуске, Туруханске, Дудинке для дозаправки. Топливо и масло для самолетов предварительно направили на пароходах по Енисею, над которым проходил полет.
Самолёт По-2, или У-2, 1939-го года выпуска, названный во время Великой Отечественной войны "беспокойным бомбардировщиком", пилотируется москвичом Виктором Михайловым и красноярцем Павлом Андреевым, который является действующим пилотом Боинга 727 авиакомпании "Таймыр". Как и 70 лет назад, пилоты летят с открытой кабиной. По-2 сопровождают Як-12М из Омска 1950 года выпуска, который в данном перелете выполняет функцию грузовика, современный самолёт малой авиации Diamond, принадлежащий семье пилотов Твороговых из Челябинска, и два сверхлёгких "Аэропракт А-22" под управлением профессиональных пилотов-инструкторов красноярского "Клуба частных пилотов".
"Этот перелёт - дань памяти нашим соотечественникам - пилотам, механикам, штурманам, инженерам, техникам и всем, кто непосредственно принимал участие в развитии авиации Красноярского края и Заполярья в частности", - отметил старший группы Павел Андреев. - Целью нашего путешествия является повторение перелёта легендарного полярного летчика Василия Молокова, который был совершен в 1935 году по маршруту Красноярск - Диксон. Сегодня пилоты вылетели из Диксона обратно в Красноярск, куда рассчитывают прибыть 19 июня.

"У нас старый Ил-14 в Магадане перевозили. Списали самолетик, поразбирали, выпотрошили, да и оставили на стоянке, а когда потом появились в округе "коровы" (Ми-26) решили подальше в тундру завезти и бросить.
На внешнюю подцепили, на 1000 метров одним махом взмыли, да и пошли себе...Тут бортмеханик:
- Командир, самолет взлетает...
А тот учуял родную скорость да и попер вверх, к тому же центровка из-за снятия оборудования нарушилась и "Илюша" стал склонен к кабрированию. Сбросили скорость. Самолет повис на тросах, но трясет на малой... Разогнались.
- Командир, самолет взлетает...
Притормозили. После третьего или четвертого раза плюнули и выполнили сброс.
"Илюша" обрадовался, клюнул носом, слегка разогнался, найдя равновесную скорость для планирования... и полетел. "Корова" следом. Километров 15 пролетели, после чего Ил-14 совершил мягкую самостоятельную посадку среди магаданских сопок, удачно подобрав с воздуха площадку.
Не хотел бедолага умирать..."

Отсюда


Самолет ИЛ-14 на заслуженном отдыхе

"Наступила осень, парашютные сборы закончились, и в душе летчик Николаич даже был этому рад: уж очень он в последнее время стал уставать от многочисленных взлетов и посадок, которые ему приходилось делать с этими "свободнопадающими". И теперь, когда ему предстоял спокойный длительный перелет на другой аэродром с молодым пилотом Павлом, настроение его приподнялось: наконец-то ему предстоит настоящее путешествие вместо наворачивания кругов над полем.
Погодка уже стала по-осеннему мерзенькой, поползли темные холодные тучи, и в солнцезащитных очках, которые привычно одевал Николаич, надобности не было. Покрутив в руках уже ненужную вещицу, он сунул их в карман и стал привычно готовить двигатель к пуску. Хлопая черными масляными тучками, маленький Ан стал греться, и уже спустя несколько минут биплан поплыл в воздухе вместе с двумя летчиками на борту.
Дабы порадоваться спокойно-ползущим внизу земным просторам, Николаич не стал лезть за тучи, а пошел нижним краем. Настроение было лирическое, и Николаич, несмотря на инструкции запрещающие курить на борту, с удовольствием затянулся сигареткой, дав "порулить" подрастающему поколению пилотов - Павлу.
Обстановка стала настолько умиротворенной, что Николаич не сразу понял, что именно его отвлекло от столь приятных воспоминаний, в которые он погрузился, но натренированное боковое зрение старого летного волка не могло подвести: что-то было не так. Николаич стал неторопливо, метр за метром осматривать горизонт:
- Командир, ты чего?! - вскрикнул молодой пилот Павел, возвращая педали в нормальное состояние. Командир Николаич в это время очень смахивал на дауна, кругло-стеклянные глаза уставились куда-то вбок, рот открылся, и сигарета вот-вот упадет на пол. Решив узнать, в чем дело, Павел стал смотреть в ту же сторону, что и командир и ...увидел бульдозер. Да, да, это был именно ОН.
Идя параллельным курсом вдоль нижней кромки облаков, бульдозер марки "Катерпиллер" уверенно набирал высоту и вот уже в последний раз, блеснув ковшом, скрылся в осенних тучах...
- Что ЭТО было? - тупо произнес Николаич, напоминая главного героя "Особенностей национальной охоты".
- Э-э-э-э... Бульдозер, - хрипло и вполголоса произнес второй пилот Павел.
Командир нажал пальцем на "связь":
- У нас тут... Э-э-э-э-э-э-э... ну... бульдоз... - Тут командир осекся, понимая, что сотворил какую-то глупость. Дальше летели молча. Проходить внеочередную медкомиссию им не хотелось.

На самом деле:
...В кабине Ми-6 было светло и весело. Сам вертолет уже почти преодолел слой облачности, и теперь кабину заливал приятный солнечный свет. Весь экипаж был, как говорится, "в духе", и поэтому царила атмосфера юмора и задора.
Штурман:
- Командир, там параллельным "Аннушка" работает, осторожнее, облачность...
- Вижу на радаре... Полезем выше... - неторопливо ответил командир.
Плавно набирая высоту, мощный винтокрыл нес под собой на тросах бульдозер марки "Катерпиллер"…

Отсюда


Вертолет МИ-6 с грузом


Бульдозер "Caterpillar"

В 80-е годы экипажи Аэрофлота готовили к полетам за рубеж по учебнику Габановой. Считалось, что для нормальных полетов достаточно и шести уроков. И вот что из этого иногда получалось.
Экипажи Одесского авиаотряда летали на самолетах Ту-154 в ФРГ во Франкфурт-на-Майне за западногерманскими туристами, которые прилетали в Одессу и судами Черноморского пароходства совершали круизы по Черному морю.
Однажды, когда самолет был уже на предпосадочной прямой, радиста заклинило. Надо запрашивать разрешение на посадку, а он молчит.
Командир кричит:
- Запроси посадку!
- Я не помню как по-английски ПОСАДКА!
- Проси хоть что-нибудь, нам САДИТСЯ надо!
Радист как-никак шесть уроков по ученику Габановой прошел, да из курса средней школы что-то осталось:
- May I sit down?
Не известно, что было с диспетчером, но самолет сел.
После посадки на стоянку приезжает представитель Аэрофлота и говорит, что экипаж зовут к руководителю полетов. Экипаж едет в полном составе, а там крупный такой немец готовится им разнос устроить. Вталкивал им полчаса, что надо язык знать, что у его диспетчера чуть инфаркта не было, что самолет, в котором экипаж не знает английского языка, это реальная угроза другим самолетам и т.п. и т.д.
В ответ члены экипажа внимательно слушают и, улыбаясь, кивают:
- Yes, yes...,- а сами, конечно, ничегошеньки не понимают.
Когда Руководитель полетов понял, что от разговоров толку мало: "Если они так посадку запрашивают, то что им, вообще, можно разъяснить на языке Шекспира и международной авиационной фразеологии?"
Тогда он приступает к практическим занятиям, ведь никуда они не денутся, все равно ещё прилетят. Подходит к стулу и несколько раз на него садится, каждый раз приговаривая:
- Sit down! Sit down!
Потом разбегается по комнате и прыгает животом на полированный стол, руки в стороны:
- LANDING!
- Вспомнил! Вспомнил! - радостно кричит радист, - ЛЭНДИНГ надо было запрашивать! ЛЭНДИНГ!
После этого случая все одесские экипажи знали, что "посадка" по-английски - это ЛЭНДИНГ. "

Отсюда


Самолет "Аэрофлота" ТУ-154

"Середина 70-х годов. В разгаре война в Анголе. Кубинских летчиков перебрасывают в Африку. Чтобы не ослаблять авиационную группировку на острове Свободы, Советский Союз по просьбе кубинцев решил послать туда наш летно-технический состав для создания видимости прежней активности полетов. Из нашего полка была выделена авиационная эскадрилья. "Секретность" миссии была обеспечена следующим образом: всех летчиков одели в гражданскую одежду - одинаковые светлые плащи и такие же шляпы. Экипировка не соответствовала времени года и погоде и вызывала нездоровый интерес как у сотрудников милиции, так и у авиапассажиров.
Прибыли, разместились, изучили район и приступили к полетам. Продолжая усугублять военную тайну, радиообмен вели на испанском языке. Пытаясь как-то приспособиться, летчики писали на наколенных планшетах русскими буквами испанские слова и фразы. Большая проблема во взаимном понимании с землей возникала из-за того, что та отвечала на таком же "испанском".
Наверное, американские "коллеги" на ближайшей авиабазе заливались истерическим смехом, слушая ежедневные бесплатные шоу в эфире.
Несколько омрачало идиллию нахальное поведение американских самолетов-разведчиков SR-71 "Черная птица" (или "Черный дрозд", прим. ред.), которые, пользуясь тем, что на вооружении кубинских ВВС не было высотных перехватчиков, летали прямо над нашими головами на недоступной для фронтовых истребителей высоте. Те самолеты, на которых летали наши летчики, имели высотный потолок 18 км, а SR-71 обычно ходил на 22-24 км и чувствовал себя в полной безопасности - ощущение, которое так любят американцы.
Наши пилоты посовещались и решили проучить "зарвавшихся империалистов". Выбрали самолет с самым лучшим по тяге двигателем, сняли с него всё, что только можно было снять, и даже - что нельзя. Из вооружения осталась только наглость. Все эти меры привели к тому, что грозный истребитель превратился в "голубя мира", но с прекрасными лётными характеристиками.
Лететь решил сам командир эскадрильи. Весь личный состав собрался на командном пункте наведения, где можно было не только видеть на экранах локаторов будущий поединок, но и слышать радиообмен американских "коллег".
"Черная птица" появилась, как обычно, с севера и шла на высоте 22 км прямо на наш аэродром. Команда на взлёт - и наш серебристый "голубь мира" на полном форсаже стремительно пошёл в набор высоты. Почти сразу оператор американского пункта наведения ленивым голосом предупредил пилота SR-71 о взлёте перехватчика.
Наш истребитель, достигнув более чем двукратной скорости звука, в точно рассчитанный момент резко пошел вверх.
- Джон, я - Фокстрот-125, перехватчик пошёл на тебя.
- Пусть идёт, у меня 72 тысячи футов (~ 21 960 метров).
Полет продолжался, операторы американского радара ленивыми голосами сообщали своему пилоту удаление до нашего истребителя и его изменение высоты через каждую тысячу метров. До 18 тысяч метров тон их голосов не менялся, но потом, когда они увидели, что темп набора высоты перехватчика не снижается, их доклады быстро стали сначала тревожными, а потом уже паническими.
- Джон, я - Фокстрот-125, быстро уходи, уходи, он уже выше тебя!
А наш "голубь мира" уже вышел по гигантской параболе за счет потери скорости на высоту под 30 тысяч метров и оттуда со снижением и разгоном стремительно настигал "Черную птицу".
SR-71 уже вывел двигатели на максимальный режим, но из-за инертности набора скорости на такой высоте быстро уйти не мог. Куда только подевался самоуверенный тон радиообмена американцев! В эфире уже был крик:
- Джон, немедленно уходи, уходи, он тебя догнал!
- Не могу оторваться, а двигатели - уже на форсаже!
Наш комэска для подогрева ситуации доложил на КП на чистом "испанском":
- 738! Цель в захвате, к пуску готов!
"Черная птица" (наверное, икая от страха) на форсаже удирала со снижением в сторону океана, а наш "голубь мира" почти без топлива, снижаясь по крутой спирали, пошёл на посадку... Победа была полная!
После этого случая в течение месяца американские самолеты-разведчики вообще не летали в нашу сторону..."

Отсюда


Самолет-разведчик SR-71 "Blackbird"

Первая Мировая война. Российские артиллерийские наблюдатели корректировали огонь с аэростатов. Немцам и австровенграм это не нравилось, они их стали сбивать. Наши в свою очередь прикрывали аэростаты зенитками и пулемётами, а наблюдатель вооружался 11-зарядным "винчестером".
В 1916-1917 годах наши сбили 15 самолётов, а противник за это время сжёг 54 аэростата. Решили привлечь для защиты авиацию, но немецкий ас Циммерман сжёг 16 аэростатов возле Тарнополя и всегда успевал скрыться до появления наших.
Тогда решили применить хитрость: в корзину посадили чучело, напихали 100 кг динамита. Циммерман, поражаясь русской упёртости, подлетел метров на 50 - тут наши и рванули так, что взрывная волна разнесла самолёт на куски...


Привязной змейковый аэростат

*****

1941 год. Во время активной подготовки к наступлению на СССР, немцы, как известно, всячески скрывали свои истинные планы, выставляя напоказ якобы готовящуюся высадку на британских островах.
Одним из средств по запугиванию противника было размещение на побережье Франции нескольких аэродромов-муляжей, на которых размещалось значительное кол-во деревянных копий немецких истребителей. Работы по созданию этих самых муляжей были в самом разгаре, когда однажды среди бела дня в воздухе показался одинокий британский самолет и сбросил на "аэродром" одну-единственную бомбу. Она оказалась деревянной!
После этого случая немцы прекратили все подобного рода работы.


Надувной самолет на аэродроме-муляже

*****

За появление в пьяном виде на летном поле полагается немедленное увольнение.
Двух балбесов уволили, но с поля почему-то не выгнали. В поддатых мозгах родилась идея изощренной мести. Надо знать, что край плоскости (крыла) отечественного самолета можно достать с земли, а для двухметрового придурка это и вовсе не фокус.
На глазах пассажиров, поднимающихся по трапу, он раскачал крыло с амплитудой около метра - оно специально так сделано и гнется в полете довольно сильно. Раскачав, он заорал на все поле: «Петрович! На один раз должно хватить, а потом поменяем! ».
Ломанувшихся пассажиров потом ловили по всему аэропорту…


Школоте не понять ^^

Отсюда